Особенно значимым для лингвокультурологического исследования языковых картин мира является способ концептуализации, а именно выбор концептуального пространства-источника для вербализации, поскольку один и тот же концепт вербализируется несколькими атрибутивными сравнениями, отличающимися по ряду параметров. Кроме того, такие единицы эксплицируют явления, преимущественно имплицитные в метафоре. В подготовленной рукописи «Украинско-русско-белорусско-болгарско-польского словаря сравнений» осуществляется попытка описать отдельные фрагменты указанных языковых картин мира, связанные с вербализацией признаков, в сопоставительном аспекте. Поэтому в «Словаре» представлены единицы различных типов – атрибутивные и сценарные. Значительное внимание в словаре уделяется этимологическим и лингвокультурологическим комментариям.

Способ размещения единиц в Словаре — алфавитно-тематический. Словарь построен по алфавиту объектов сравнений-атрибутов. После заголовочного слова, объединяющего сравнения тематически (напр. ЧЕРВОНИЙ), приведены сравнения-соответствия указанных языков также по алфавитному принципу. Соответсвия подбирались с учетом принадлежности к определенному концепту или субконцепту, то есть они не всегда являются тождествами. Напр.: укр. червоний немов спілі вишні; червоний як глід; червоний мов малини; червоний як порічка; червоний як сік граната; червоний як суниці; червона як ягода (ягiдка) — русск. красный как вишня (сок переспелой вишни); красный как вишняг; красный как клюква (клюквинка); красный как малина; красный как смородиновое варенье — бел. чырвоная як брусніца; чырвоны як гранат; чырвоны як малiна; чырвоны як ранет — бол. червен като зърна от нар; червен като черешка; червен като ябълка — пол. czerwony jak wiśnia; czerwony jak malinka. После цепочки соответствий указывается их значение – 'очень красный, ярко-красный'. К сожалению, из-за отсутствия в открытом доступе корпусов используемых языков, кроме русского и польского, невозможно было применить частотный принцип. Далее размещены данные из словарей и/или примеры, изъятые из других источников (в частности, цитаты из художественных и публицистических произведений и др.).

Стилистические характеристики. Важной является проблема интерпретации сравнений по признаку узуальности/окказиональности. Так, К. Мизин, соглашаясь с мнением О. Кунина, отмечает, что аргументами в пользу фразеологичности является фиксация словосочетания, по крайней мере, одним словарем или его употребление тремя авторами. Однако не приведено обоснования предложенных параметров. Возникает вопрос: почему употребление именно тремя авторами свидетельствует об узуальности единицы? С моей точки зрения, фиксация одним словарем также не является достаточным доказательством узуальности сравнения, поскольку стоило бы учитывать тип словаря, принципы, на которых он создан. Некритическое отношение к фиксируемым в любом словаре материалам может приводить к досадным погрешностям в выводах.

Источники Словаря. Источниками словаря послужили имеющиеся фразеологические словари, в частности словари устойчивых сравнений, Национальный корпус русского языка, тексты художественной и публицистической литературы (на бумажных и электронных носителях), а также такой специфический вид письменной разговорной речи, как общение в интернете (на так называемых форумах, чатах и др.). Ввиду того, что словарь не претендует на нормативность, привлекался также диалектный и субстандартный материал. Из указанных источников подбирались сравнения, вербализующие актуальные участки концептосфер исследуемых языков.

Украинско-русско-белорусско-болгарско-польский словарь сравнений / Левченко Е. // “Wort — Text — Zeit” Phraseologische Einheiten in traditionellen und neuen wissenschaftlichen Paradigmen: Materialien der gemeinsamen wissenschaftlichen Konferenz des Instituts fьr slawische Philologie der Universität Szczecin und des Lehrstuhls für slawische Sprachwissenschaft des Instituts für fremdsprachliche Philologien der Universität Greifswald. 6. bis 10. November 2009 in Szczecin (Polen) und Greifswald (Deutschland) / Redaktion: H. Walter, M. Alekseenko, M. Hordy. — Greifswald 2009. — C. 55, 56.